Главная » Мнения » Александр Варлахов: Каким образом регулировать процесс, чтобы сверхприбыли уходили на разработку месторождений?

Александр Варлахов: Каким образом регулировать процесс, чтобы сверхприбыли уходили на разработку месторождений?

05.12.2011

Александр ВарлаховНа вопросы корреспондента Prom-oil отвечает директор по маркетингу компании Группа "Каспийская Энергия" Александр Варлахов

- Александр Геннадьевич, разработка шельфовых проектов России играет большую роль. Многие российские и иностранные компании нацелены на участие в них. Какую роль при разработке российского шельфа, на ваш взгляд, должны играть иностранные компании
В первую очередь они – партнеры и, самое важное, источник современных технологий. Сейчас Россия существенно отстает. Принимаются активные попытки наверстать отставание, проектные институты активно работают, но отставание слишком серьезное. Я со своей стороны рассматриваю иностранных партнеров как соучастников проекта. Ничего страшного, что на первых порах в проектах звучат иностранные компании. Хорошая практика создания совместных предприятий, консорциумов. Весь мир играет по стандартным бизнес-схемам, в этом плане нам нечего опасаться. Тем более, первые шаги по созданию консорциумов российский бизнес уже прошел. Владельцы крупных компаний четко понимают, как отстаивать свои интересы в случае необходимости.
В освоении шельфовых месторождений мы должны почерпнуть опыт и технологии. То, что не сможем в ближайшее время производить сами, конечно, будем закупать. Сейчас у нас фокус на создание совместных производств, локализацию производств иностранных компаний в России. Так что мы идем верным путем.

- Вы частично ответили на второй вопрос. С чем связано участие иностранных компаний: с недостатком средств в России для разработки или с неразвитыми технологиями?
С технологиями – раз. А вообще по поводу средств тема правильная. Если смотреть на оффшорные проекты, ценник даже не самого большого проекта, например, строительства самоподъемной установки для разведочного бурения, начинается с $150-180 млн. А если мы ведем речь об освоении месторождения, о создании инфраструктуры месторождения для добычи и переработки, нужны миллиарды. Одна компания никогда этого не потянет. Нужны крупные инвесторы, нужны крупные игроки.

- Отсюда еще один вопрос. Какие меры по стимулированию участия в работах на шельфе российских поставщиков и подрядчиков сегодня необходимы?
Поставщики и подрядчики – немного другой вопрос. То, что я сказал по цене освоения месторождения, касается оператора месторождения. А компании, которые предоставляют услуги для операторов, - другая история. Если посмотреть на производителя оборудования, какие есть меры по стимуляции? Сейчас подписали хороший закон о поддержке судостроения. Аналитики работают, все судостроители уже сидят и пересчитывают, что он им дает. Я уже могу сказать, что эффект будет, в первую очередь, в сниКаспийская энергияжении стоимости судов. К сожалению, я пока не знаю, как это поможет производителям оборудования. Если они организуют локальные производства в особых промышленных зонах, то, например, закон о внесении изменений в таможенные правила на них тоже повлияет, стоимость продукции снизится.
Зарубежные компании хотят работать в России. Разговоры, что локальный российский контент в проектах должен быть до 60 %, совершенно правильные. Ряд компаний, по крайней мере, те, с которыми я общаюсь, иностранные партнеры, готовы идти на создание совместных производств. На Россию они смотрят как на очень перспективный рынок. Многие западные компании сейчас предпринимают активные действия для выхода на наш рынок. Предложение таких совместных производств выгодно.

- Вы считаете, что это перспективно, и иностранные компании готовы участвовать в проектах на российской территории? Как вы считаете, в ближайшее время, в 2012-2013 году сильно увеличится количество иностранных компаний?
Может подрасти количество представительств. Насколько я увидел и почувствовал, создание совместного предприятия – сложный процесс. Стороны сначала присматриваются друг к другу, изучают. Западные партнеры очень скрупулезно изучают потенциального русского партнера со всех сторон: юридическая, финансовая составляющая, неформальные отношения с властными структурами, гос. органами, и прочее. Они проходят весь путь.
Первые шаги – представители, работа через брокеров, анализ рынка. Фазы тоже затратные по времени. Я не могу сказать, что в 2012-2013 году совместные предприятия будут расти как грибы, но они начнут появляться. Будут какие-то проработки и зачатки. В первую очередь будут европейцы. Они ближе, многие уже понимают, как работать в России.

- Что является главным сдерживающим фактором расширения российского участия в проектах на отечественном нефтегазовом шельфе для всех предприятий?
Первое – отсутствие современной производственной базы. А второе, и самое важное – интеллектуальная составляющая. Проектные институты, которые должны жить не прошлым днем, а послезавтрашним, и проектировать соответствующие объекты и оборудование. Третье - наши производства должны стать более эффективными. Сейчас нас держит не столько изношенное оборудование, сколько рассыпавшаяся культура производства. Зачастую невозможно наладить правильно организованное эффективное производство. Мы начнем серьезно конкурировать, только существенно повысив свою эффективность. Здесь речь идет о дисциплине, о культуре производства, которая в последнее время сильно расшаталась. И уже сейчас уже есть положительные подвижки.

- Шельфовые проекты являются стратегическими для России, и государство вносит свои предложения, коррективы. Как вы оцениваете состояние российского законодательства, в частности, стандартов для работ на шельфе?
К сожалению, я не профессионал в этом вопросе, надо спрашивать нефтяников. Я наблюдаю локальные акции крупных игроков, таких как "ЛУКОЙЛ", "Газпром", "Роснефть", которые продавливают определенные нормативные акты по определенным точкам. Например, "ЛУКОЙЛ" - освобождение от налога на добычу полезных ископаемых и уменьшение наполовину экспортной пошлины для Каспийских месторождении. То, что я вижу, больше похоже на локальные улучшения. Улучшить законодательство в целом – серьезнейшая работа. В любом случае, такая отрасль, как газонефтяная, не очень прозрачна.

- По сравнению с западными компаниями она менее прозрачна. Прозрачность дает ориентир российским производителям оборудования, потому что понятно, какие планы у нефтегазовой компании, в какую сторону двигаться.
По планам компанПриразломнаяии понятно, какое месторождение будет осваиваться, в какие сроки. Речь идет о другом. Как заинтересовать нефтяные компании вкладывать деньги в освоение месторождений и увеличивать добычу со старых месторождений? Каким образом регулировать процесс, чтобы сверхприбыли уходили на разработку месторождений?

- А более конкретно, какие меры нужны на уровне исполнительной власти и советов директоров компаний?
То ли к счастью, то ли к сожалению, я не нефтяник. Поэтому здесь я ничего не скажу. Нужны комментарии от людей, которые работают в этой сфере. Буквально вчера мы общались с руководством компании ИТЕРА. Они рассказывали много интересного про свой бизнес, как все устроено. Могу сказать, что взаимоотношения очень сложные, многогранные: с правительством страны, где они работают, а работают они не только в России, между подрядчиками, которые работают на них, надзорными органами, в том числе экологическими. Такие вопросы лучше задавать им.

- Как вы оцениваете уровень технологической и экологической безопасности при проведении работ на шельфе в России и в других странах?
Могу точно сказать, что то, что проектируется сейчас для Каспийского моря, учитывает все требования по экологии. Одно только требование нулевого сброса очень серьезно отражается на проекте, усложняя и удорожая его. Но это необходимо. Проектанты, в том числе и проектные бюро нашей группы компаний, это учитывают. На Западе тоже очень жесткие требования, и год от года они становятся серьезней. Мы движемся на Север, мы движемся во льды, там, где и обстановка сложнее, и вред природе будет сразу заметен. Все отражается на надежности оборудования, на добычных технологиях. Движение есть, и это заметно на любых конференциях, где мы присутствуем. Везде говорится о безопасности работы и экологичности.

- Государство может принять какие-то меры, чтобы расширить российскую часть в работах на шельфе?
Нужно смотреть на составляющую проекта. Любой оффшорный проект можно разделить на несколько частей: инжиниринг, снабжение, непосредственно производство, установка в море, подключение, пуско-наладка. Нужно понимать, где мы можем предоставить большее количество услуг, куда войти в проект. Если проект очень серьезный, как "Штокман", это отдельная сложная история. Если говорить про месторождение им. Владимира Филановского для Каспийского моря, там проектант российский, строители российские, большинство сервисных компаний – российские. В части покупок оборудования российским производителям будет трудно вклиниться. Сложное оборудование: добычное, энергетика у российских производителей пока не на том уровне, чтобы смело использовать его в новых проектах. Чтобы освоить производство такого оборудования, его сервисное обслуживание, нужно время и работа с иностранными компаниями, в том числе, в рамках совместных предприятий - почему бы и нет.
Как можно увеличивать? Покупать буровой комплекс не у иностранного производителя с известным именем, а выкупить лицензию на его производство, произвести на нашем предприятии, которое занимается буровым оборудованием. Локальный контент существенно вырастет.
Идем дальше – то есть, построили сами, снабжение поделено в какой-то пропорции, установка в море и пуско-наладка тоже российские компании. При освоении месторождения им.В. Филановского объем работ отечественных компаний перешагнет далеко за 60 %.

- При покупке лицензии на строительство бурового оборудования на нашем предприятии, стоимость такого оборудования будет дешевле?Каспийская энергия
Первое время нет. Объясню, почему. У производителей этого оборудования отлаженное производство, наработанный пул поставщиков, опытный персонал, инженеры, все отработано. Здесь, когда пойдут пилотные проекты, необходимы инвестиции в оборудование, в персонал, чтобы его обучать, тренировать. Будут ошибки при производстве, так как придется осваивать незнакомое оборудование. Возможно, будут проблемы с поставщиками комплектующих, которые не захотят новому партнеру продавать по той же цене, что и тем, с кем постоянно работали. С таким можно столкнуться, и я уверен, что такое будет. На Западе очень развиты долгосрочные партнерские отношения. Две компании работают три, пять, десять лет, сложились отношения, есть доверие, есть ряд преференций по стоимости. Долгосрочные партнерские отношения производителя и поставщиков влияют на стоимость, снижая ее.

- Роснедра внесли правки по увеличению процентного соотношения российского оборудования, российских судов в свои лицензионные соглашения касательно судостроения. Как вы считаете, такая мера повлияет или уже повлияла на отрасль судостроения? Была ли она правильной?
Повлияет. В нашем бюро "Коралл" планируется работа по изучению возможностей замещения импортного оборудования отечественными аналогами, изыщут все возможности по замещению. Сразу появится нормальная матрица: где нам нужно накачивать производство, в каких точках. Нельзя огульно говорить: "Давайте все подряд". Такой необходимости нет, да и на первых порах это нелогично. Невозможно начать улучшения одновременно на всех фронтах. Нужно выделять несколько направлений и сначала двигаться по ним, все остальное подтянется дальше. Как я уже говорил, иностранцы заинтересованы в создании локальных производств. Кризис на них тоже повлиял, Европа большей частью находится в кризисе производства, в том числе, по производству оборудования для судов. А Россия представляет собой большой рынок. У нас большая программа по судостроению и большая программа по оффшорным проектам. Сейчас просто нужно этим воспользоваться.

- Александр Геннадьевич, Вы будете присутствовать в качестве делегата на конференции НЕФТЕГАЗШЕЛЬФ-2011, которая состоится в Москве 8 декабря. Что или кого Вы ожидаете услышать на данном мероприятии. Каковы Ваши цели посещения конференции?
Еще раз хотел бы услышать представителей нефтегазовых компаний, которые озвучат свои планы. В первую очередь те компании, кто идет на шельфовых проектах. Ожидаю, что на этой площадке повстречаюсь со своими старыми партнерами и с потенциальными партнерами, производителями оборудования, которых можно было бы привлечь к нашему будущему проекту. Посмотреть кто, как о себе заявит.

- Спасибо, Александр Геннадьевич. До встречи на конференции!


НЕФТЕГАЗШЕЛЬФ-2011


Выскажите мнение на нефтегазовом форуме oilforum.ru







Нефть и газ: инвестиции, поставщики, рейтинги